Энергетическая сверхдержава побирается: бензин везут из Марокко
Топливо есть лишь на 28% заправок страны. Казахстан шлёт бензин как «гуманитарную помощь» — и часть его сделана из нефти «Татнефти». Татарстан качает нефть и ловит дроны; империя раздаёт лимиты по 15 литров. Это колониальная экономика на последней капле.
Сначала цифры — мы так любим. По данным сервиса «ГдеБЕНЗ», к середине августа бензин или дизель оставались в наличии примерно на 28% российских АЗС; неделей раньше было 41%. Уточним честно: цифра общероссийская, региональной разбивки нет — империя прячет её так же старательно, как списки погибших. Но дефицитные сводки уже накрывают Поволжье: лимиты по 15–30 литров в одни руки, запрет заправлять канистры, чётные-нечётные дни в соседнем Оренбуржье.
Причина не секрет: удары по НПЗ. Ещё к июню производство бензина, по данным Reuters, просело примерно на 25% год к году — а с тех пор горели новые заводы, и дважды за август налёты приходились на нижнекамский нефтяной узел. Экспорт бензина Москва запретила ещё в апреле. Как видим — не помогло.
«Гуманитарная помощь» бензоколонке
Дальше — сатира, которую невозможно придумать. Казахстан согласился поставить России около 50 тысяч тонн бензина, и в документах это проходит как «гуманитарная помощь». Гуманитарная. Помощь. Стране, которая двадцать лет называла себя энергетической сверхдержавой и шантажировала газом континент. Для масштаба: 50 тысяч тонн — меньше половины суточного потребления России. Ещё около 30 тысяч тонн АИ-92 приехало из Марокко, Беларусь нарастила июльские поставки до двухсот с лишним тысяч тонн. Империя стоит с протянутой рукой от Минска до Рабата.
И вишенка, отдельное спасибо Reuters и The Moscow Times: часть казахстанской «гуманитарки» произведена на НПЗ «Конденсат», который перерабатывает нефть «Татнефти». Проследите маршрут глазами: нефть Татарстана уезжает в Казахстан, становится там бензином — и возвращается империи милостыней. Наша нефть. Её война. И подаяние — ей же.
Что это значит для Татарстана
Республика с вековой нефтяной школой и двумя НПЗ смотрит, как её заводы превращают в мишени, её нефть — в чужую милостыню, а её жителей готовят к лимитам и очередям. Владение ресурсом без власти над ним — это определение колонии из учебника. Добавим из практики: в этой конструкции колония ещё и горит первой.
Приборная панель империи
Независимому Татарстану не пришлось бы просить бензин у Марокко: его НПЗ работали бы на его граждан, а нефть служила бы стране, которая её добывает. Суверенитет — это когда «Татнефть» отвечает перед Казанью, а не заправляет чужую войну. Пока этого нет — запомните цифру 28%. Так выглядит могущество империи на приборной панели.